Заход на посадку начался с высоты в десять тысяч футов. Огни взлетной полосы были видны отлично; они уходили во тьму, туда, где когда-то размещалось крыло перехватчиков «Ф-84» ВВС США. Пять тысяч футов, снижение продолжается.

— Закрылки на двадцать.

— Понял, закрылки на двадцать, — откликнулся второй пилот.

— Шасси, — раздалась следующая команда, и второй пилот взялся за большой рычаг. В кабине сразу раздался звук воздуха, раздираемого откинутыми крышками и выходящими стойками. Триста футов.

— Выпущены и зафиксированы, — доложил второй пилот.

— Сто футов, — произнес механический голос компьютера.

Пилот на мгновение напряг руки, потом расслабил и стал медленно, очень медленно осаживать самолет, выбирая нужную точку для касания. Лишь наработанный за многие годы опыт позволил ему определить мгновение, когда «Фалкон» коснулся десятиметровых бетонных плит. После этого он включил реверс, и машина стала замедлять бег. Вскоре сбоку выкатился автомобиль с мигающим маячком на крыше и покатил впереди, указывая путь к поджидавшему заправщику.

На земле они пробыли всего двадцать минут. Чиновник службы иммиграции по радио осведомился, не произошло ли каких-нибудь изменений в их данных КАНПАСС. Снаружи водитель заправщика отсоединил шланг и запер клапан. Отлично, сказал себе пилот, с этим все в порядке. Начинается второй из трех этапов перелета.

«Фалкон» подкатил к северной оконечности взлетной полосы, и пилот, ожидая разрешения начать разбег, приступил к предполетной проверке, без которой не обходился никогда. Потом самолет мягко сдвинулся с места и начал плавно набирать ускорение. Вышли закрылки, колеса оторвались от земли, и самолет устремился вверх. За десять минут он набрал высоту тридцать семь тысяч футов — эшелон, заранее согласованный с Торонто-центром.